Сюжет
совместный проект

Что такое умное наследство

В чем сложность адресной передачи капитала и с какими вызовами сталкиваются сами наследники

Передать капитал по-умному подчас кажется невыполнимой задачей. Подарить какую-то осязаемую вещь просто. Но когда речь заходит о передаче состояния в несколько миллионов долларов, сразу возникает множество вопросов.

Стоит ли прописать все в завещании и спокойно жить в привычном ритме, положившись на профессионализм распорядителей и нотариусов? Или передать детям хотя бы часть капитала при жизни, чтобы они попробовали себя в роли управляющих бизнесом? А может, основать трастовый фонд, чтобы дети вообще не имели права решать, как будут тратиться их деньги, а просто получали фиксированную сумму, которой хватит на комфортную жизнь? Есть и более радикальные варианты вроде почти полного лишения детей наследства, такой подход исповедуют Билл Гейтс, Стинг, Элтон Джон и другие знаменитости.

Как этот вопрос решают в Европе и США, а как в России? Сможет ли российский рынок превзойти западных гигантов в качестве работы по адресной передаче капитала? Как подготовить своих детей к получению наследства и кто сможет в этом помочь? Попробуем разобраться вместе с Газпромбанк Private Banking.

Почему в России не популярен европейский подход

При первом приближении кажется, что на Западе и в России состоятельные семьи по-разному относятся к передаче капитала по наследству. Действительно, российской отрасли private banking всего 20 лет, сложно сравнивать ее с 200-летним багажом швейцарского или британского банковского обслуживания для ультрахайнетов.

Разнятся и стартовые условия. Если в той же Швейцарии передачей состояния по наследству озабочены семьи с многовековой историей, для которых миллионы на счетах столь же привычны, как фамильный герб и собственный замок, то в России источником наследства зачастую выступает человек, который лично заработал весь свой капитал.

В этом заключается мировоззренческая разница, которую не изменит ни цифровизация, ни другие модные тренды. Если в Европе обладатель многомиллионного состояния с детства нацелен сохранять и приумножать, то в России базовый приоритет скорее в том, чтобы заработать. Поэтому самое интересное наступает именно сейчас — в эру первой передачи капитала новой России.

К примеру, 40% всех средств под управлением в Газпромбанк Private Banking формируют клиенты старше 60 лет. Еще 25% здесь держат клиенты от 50 до 60 лет. И именно те люди, на которых приходится 65% всех активов, первыми столкнутся с задачей умной передачи капитала — супругам, детям, внукам или независимому благотворительному фонду. С каким багажом такие наследодатели подошли к передаче капитала?

Сергей Потапейко Исполнительный Вице-Президент-начальник Департамента частно-банковского бизнеса Газпромбанка.

«Из опыта личного общения могу сказать: это интереснейшие люди с широким кругозором, имеющие доступ к информации, передовым медицинским технологиям, по-хорошему внимательно следящие за собой и своей формой, — рассказал Исполнительный Вице-Президент — начальник Департамента частно-банковского бизнеса Газпромбанка Сергей Потапейко. — Как правило, они активны во многих областях: занимаются бизнесом, увлечены искусством, коллекционированием, меценатством, спортом и множеством других вещей. Их наполняет пульсирующая через край жизненная энергия — и в 60, и даже в 80 лет. Иными словами, эти люди намерены жить долго и счастливо и совсем не планируют сдавать свои позиции и бизнес-полномочия».

Такие предприниматели привыкли полагаться на себя. Этот подход окупился в девяностые и двухтысячные, а значит, нет смысла его менять, рассуждают многие ультрахайнеты из России. На практике это реализуется в неготовности делегировать полномочия. «Такие люди успешно переломали не один кризис, — добавил Потапейко. — Для них роль личности, то есть непосредственно их роль, была и будет определяющей во всем, в том числе в сохранении и приумножении капитала». К чему это приводит?

Что и зачем обсуждать с детьми

Опора на самого себя часто приводит к тому, что глава семьи просто не обсуждает с детьми и внуками вопрос управления благосостоянием. Таков результат исследования канадского RBC Wealth Management, обслуживающего клиентов по всему миру. «Это может звучать абсурдно, но вы удивитесь, узнав, как много семей этого не делают», — заявила консультант RBC по трастам Кэтрин Уокер.

По сведениям Merrill Center for Family Wealth, обобщившего опыт работы с состоятельными клиентами за 2019 год, 64% владельцев капиталов никогда не обсуждали вопросы наследования с членами семьи. Оба приведенных исследования описывают ситуацию на Западе, но в России картина во многом похожа, пришли к выводу в Центре управления благосостоянием и филантропии «Сколкова». Об этом говорится в работе «Опыт преемственности глазами первого и второго поколения» за 2021 год.

В большинстве случаев деловые вопросы обсуждают либо по мере необходимости, либо от случая к случаю, без четкой системы и какого бы то ни было плана по подготовке молодого поколения. Между тем, четкая регламентация, официальное оформление договоренностей и толика полезной бюрократии могли бы направить ситуацию в нужное русло, пришли к выводу сколковские аналитики. По их данным, всего 10% состоятельных семей в России проводят регулярные деловые встречи с собственными детьми или родственниками, которые могут стать наследниками.

«Первый же конфликт, с которым мы столкнулись, заставил нас задуматься: а как это можно было предотвратить? — рассказал авторам работы один из участников опроса — представитель первого поколения. — Идея пришла от детей. Они сказали: „Родители, давайте создадим некий семейный кодекс, который предусматривает ответы на вопросы, с которыми столкнемся если не мы, то следующее поколение“. Дети предложили записать все вопросы, которые могут возникнуть. У нас набралось почти десять страниц мелким шрифтом».

На Западе доля хайнет-семей, готовых к открытому диалогу с наследниками, несколько больше, чем в России: 22% против 10%. А 33% глав семей лично сообщили родным о том, как будет распределен капитал после смерти владельца, установили в RBC Wealth Management.

Впрочем, и на Западе, и в России таких семей меньшинство. Показательно, что еще большая доля — 34% опрошенных — сочла подобные разговоры вредными: согласно исследованию PWC, главы семей считают, что обсуждение деловых вопросов и передачи капитала может негативно отразиться на рабочей этике их детей. Еще 19% отказались что-либо говорить наследникам, опасаясь утечки информации, выяснили в PWC.

Подобная стратегия приводит к катастрофическим финансовым последствиям, сошлись во мнении консультанты из разных стран и компаний, независимо друг от друга изучавшие процесс передачи капитала. «90% капитала испаряется на третьем поколении наследников. Чтобы этого избежать, нужно хотя бы проговорить с детьми, из чего состоит семейное благосостояние и как его сохранить», — советуют в Pillar Wealth Management.

«Худший сценарий наступает, когда глава семьи начинает что-то скрывать. Это готовый рецепт катастрофы, — поддержал коллег Игнациус Чонг из RBC Wealth Management. — А ведь чаще всего проблему можно решить простым разговором». Треть наследников даже не знают, каким состоянием обладает их семья и что конкретно они получат после смерти родителей, следует из того же исследования.

К чему это приводит на практике

В среднем по миру 70% наследства теряется в первом поколении и почти 90% — во втором, подсчитали в McKenzie. Причина — неготовность или нежелание детей взять на себя ответственность за семейный капитал и потратить силы на его приумножение.

В Merrill указывают: многие представители второго и последующего поколений воспринимают наследство как подарок судьбы и не хотят работать ради его сохранения — чересчур высока уверенность в неисчерпаемости имеющегося ресурса. В 60% случаев наследники накопленного капитала теряют его из-за недоверия между членами семьи, в 25% — из-за недостаточной подготовки наследников, говорится в статье The Wall Street Journal «Потерянное наследство».

Еще в 3% случаев капиталы исчезают из-за ошибок в управлении или выплате налогов, утверждает The Wall Street Journal. С одной стороны, доля кажется пренебрежимо малой. С другой, те, кто оказался в числе этих 3%, вряд ли утешатся мыслью, что они «хотя бы попытались». И если для того, чтобы сохранить наследникам достойный уровень жизни, нужно по крайней мере дать им соответствующую подготовку и образование, было бы странно этого не сделать.

Пример Европы, Канады и США может сослужить хорошую службу российским ультрахайнетам, которые готовятся к первой передаче капитала по наследству, считают в Центре управления благосостоянием и филантропии «Сколкова». Пока российские отцы и дети не успели наделать ошибок, есть шанс не перенимать худшие примеры, а учесть негативный опыт. Как это сделать?

3 первых шага на пути к умному наследству в России

На основе выводов Газпромбанк Private Banking и зарубежных компаний по управлению благосостоянием можно составить пошаговый план с рекомендациями, как подготовить переход капитала и спланировать наследство. Первый пункт — те самые разговоры с подрастающим поколением. Честность по отношению к собственным детям поощряет ответную честность и желание соответствовать тому уровню доверия, что оказали родители. Если говорить с наследниками на равных, у них будет меньше поводов просто проигнорировать слова родителей.

Второй шаг — это фундаментальная подготовка в плане знаний и рабочей этики с самого детства. В этом может помочь программа «Наследники», разработанная для ребят разных возрастов. Самая ранняя ступень начинается в 11 лет: в это время дети могут поступить в «Школу финансовой грамотности», где научатся базовым вещам в управлении личными финансами. В игровой форме с интерактивным взаимодействием дети примеряют на себя разные способы финансового взаимодействия, например инвестирование или кредит, чтобы на собственном опыте увидеть, к чему приводит тот или иной выбор.

Применить полученные знания на практике помогают банковские карты «Наследники», которыми дети от 6 лет могут расплачиваться в магазинах, кафе и кинотеатрах. Мягкий и ненавязчивый родительский контроль позволяет родителям отслеживать все расходы и при необходимости их блокировать, а ребенок при этом чувствует, что действительно управляет собственными деньгами по личному усмотрению.

Для геймификации этого опыта выпустивший карты Газпромбанк Private Banking добавил «Наследникам» 15%-ный кешбэк за покупки в книжных и сувенирных магазинах, музеях и кинотеатрах, а также в iTunes. Так взрослый функционал удается подать через понятные и интересные ребенку форматы, чтобы наследник с первого класса школы видел, как работает экономика в его банковской карте.

В 14–17 лет юные участники «Наследников» осваивают виртуальную реальность, познают «умный город» и осваивают взаимодействие с искусственным интеллектом в школе «Профессии и технологии будущего». Это помогает расширить кругозор и, возможно, определиться с точкой приложения усилий на будущее.

Наконец, доступная с 16 лет «Школа юного инвестора» дает возможность изнутри увидеть работу инвестиционных консультантов и портфельных управляющих крупного российского банка — Газпромбанк Private Banking. Это и способ нарастить собственные компетенции, и возможность понять, стоит ли строить карьеру в финансовой сфере, и даже шанс увидеть «изнанку» инвестиционного процесса. С таким багажом знаний меньше шансов промотать хотя бы часть унаследованного капитала или инвестировать в какую-нибудь авантюру.

«По окончании обучения участники не просто начинают разбираться в терминологии, а получают знания о том, как осмысленно принимать решения, формировать капитал и управлять им», — объяснил Исполнительный Вице-Президент-начальник Департамента частно-банковского бизнеса Газпромбанка Сергей Потапейко. Третий шаг — это ежегодная проверка или обновление завещания. «Потратьте хотя бы несколько минут, чтобы раз в год зафиксировать: не случилось ли в вашей семье пополнения? Может быть, кто-то женился или развелся? — советует Кэтрин Уокер из RBC. — Мы видели людей, которые не заглядывали в свои завещания по двадцать лет».

Наконец, шаг номер четыре у каждого будет свой. Кто-то предпочтет не выводить деньги из бизнеса и сохранить дело всей жизни в качестве основного источника капитала. В этом случае придется определиться с тем, доверить ли компанию наемному менеджменту или поставить во главе собственных детей. Второй сценарий потребует предельно тщательной подготовки: в состоятельных семьях Европы наследники по много лет работают на средних должностях в компании родителей, чтобы по-настоящему понять бизнес и изнутри увидеть все подводные течения.

Другие сделают выбор в пользу инвестиций и рентного дохода. Таким людям потребуется семейный офис или его аналог, например в лице банка, который сможет аккумулировать не только финансовую, но и юридическую экспертизу для грамотного управления разноплановыми активами. Здесь нужно оценить широту экспертизы: насколько одна компания сможет закрыть все потребности семьи. К примеру, в Газпромбанк Private Banking в числе прочего есть страховые решения и даже арт-банкинг для любителей вложиться в искусство — не самый простой, но достаточно доходный способ сохранения капитала.

Третьи могут решиться на трастовый фонд — довольно консервативный инструмент для тех, кто не готов доверять наследникам всю полноту власти. В подобных фондах обычно прописан определенный размер платежей, которые причитаются детям, супругам или даже родителям наследодателя. При этом повлиять на доходность или размер долей не может никто из членов семьи — ни получатели ренты, ни ее источник. В трастовых фондах всеми вопросами занимаются нанятые управляющие, что целиком избавляет семью от хлопот по управлению капиталом. Вариант сколь спокойный, столь же и ограничивающий: по сути, он не дает детям «развернуться», лишая их возможности рискнуть капиталом по-крупному.

Есть и другие способы организовать грамотную передачу состояния — вот только без первых трех шагов любой из способов дальнейшего планирования может оказаться бессмысленным.

«Я полагаю, фундаментальный вопрос тут не столько в самом факте передачи контроля над тем или иным активом, сколько в преемственности в широком смысле, — подытожил исполнительный вице-президент — начальник департамента частно-банковского бизнеса Газпромбанк Сергей Потапейко. — Продумать и подготовить техническую оболочку для перехода капитала — это значимый, но не определяющий этап. Критически важно как можно раньше сформировать внутрисемейные предпосылки к тому, чтобы наследники не просто разделяли семейные ценности, но и стремились продолжать развивать бизнес, привнося современное дыхание в то, что дорого обоим поколениям. Ключевые факторы здесь — эмоциональная вовлеченность и сопричастность общему делу семьи, ответственность, рачительность и, конечно, разностороннее развитие личности будущего лидера».